Конкурс «действующие лица – 2011»




НазваниеКонкурс «действующие лица – 2011»
страница7/10
Дата публикации08.01.2014
Размер0.89 Mb.
ТипКонкурс
5-bal.ru > Право > Конкурс
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

Хламов (вспоминает): - Ну, вы технолог, Марионелла Моисеевна, вы должны быть очень наблюдательны. Правда, вы так долго наблюдали и… трогали, что мне очень захотелось и вас очень интенсивно приласкать…

Свардунг (озорно, грозя пальчиком): - … и распять?

Хламов: - Ну почему же, раз пять? Можно было бы и раз шесть или семь, восемь, девять…

Свардунг: - Всё! Прекратите! Возможно, всему своё время. Я прекрасно поняла, что вы умеете считать до… восемнадцати.

Хламов: - Я умею считать и до… тридцати. А если постараться…

Свардунг: - Не может быть! Впрочем, что это я! Я вам, славный наш… Вадик, верю, почему-то. Но вы не ответили на мой вопрос.

Хламов: - На какой?

Свардунг: Вы хотели петь своим не поставленным голосом потому, что вас окрылило тесное сближение с Анютой, попросту с виконтессой Анной Филипповной Кригловой? Так?

Хламов: - Нет, не так. Совсем не так! Я хотел и хочу петь потому, что у меня будет очень высокая заработная плата. Даже стыдно сказать, забываю иногда, что у меня в доме скоропостижно скончался замечательный друг и соратник, мой славный ёжик Пулик.

Свардунг: - А вы прямолинейны и честны. Очень прекрасно. Я вот увидела у вас татуировку на левой ягодице. Зачем она? Правда, тут дело вкуса. Причём, я прочитала, что там выколото большими безобразными буквами. Сейчас, дай бог памяти. Ага. Там выколото: «Привет от нищих и бомжей Тульской области депутатам Государственной Думы!».

Хламов: - Не совсем точно, не просто «привет», а «пламенный привет».

Свардунг: - Да, я оказалось не совсем внимательной во время осмотра, отвлеклась совсем на другие… штуки. Правильно, вспомнила. «Пламенный привет». Получается, «Пламенный привет от нищих и бомжей Тульской области депутатам Государственной Думы!». Ну, вы его передали?

Хламов: - Кого?

Свардунг: - Ну «пламенный привет» от «нищих и бомжей»… «депутатам»?

Хламов: - Нет, не передал. Просто, такая шутка… на моей заднице. Да и красиво. Когда я был маленьким мальчиком, мой папа сделал мне эту наколку. Потом он срочно сбежал в неизвестном направлении от мамы, и от меня, получается. Его нет рядом со мной, а наколка осталась. Но татуировка славная. Когда выхожу в люди, то красиво смотрится… Хотя, предполагаю, что тогда папа был пьян, и выкалывал набором цыганским иголок замечательный лозунг-призыв, как попало. При этом он глотал скупые мужские слёзы. Ведь близился момент расставания. Вот буквы и пошли вкривь и вкось. Но… симпатично. Да и разве же можно обижаться на родного отца, который желает тебе добра, даже тогда, когда не ведает об этом?

Свардунг: - Вы говорите, что порой со своей татуировкой выходите в люди. Но ваши сообщения противоречивы. Вы же не так давно уверяли меня, что не изменяете своей супруге Маше? Так ведь?

Хламов: - Да, так. Всё эти выходы совершались до моей встречи с Машей. Я часто, если выразиться по-дворянски, в свете, на предмет демонстрации своей татуировки, когда ещё не знал свою будущую супругу. Но ведь не всё ведь должно достаться моей Машеньке. Я гуманист и радикал по своей натуре. Она и так ведь после наших с ней ночных… полежалок находится в состоянии невесомости. Или наоборот. Утром её качает и она долго ходит, как тяжёлый водолаз… на глубине, примерно, метром двести-триста. На раскорячку передвигается. Устаёт после процесса наших стыковок.

Свардунг: - Надо полагать, что устаёт. Но ведь здесь же… приятная усталость. А начёт ёжика, не беспокойтесь. Буквально через полчаса наша похоронная команда отправиться к вам домой… с полной раскладкой. Всё почти готово.

Хламов (встаёт с кресла и ходит по кабинету): - Дело в том, уважаемая княгиня, что моя Машенька на столько переживает это горе, что сейчас, совсем недавно, мне по мобильному телефону говорила такое…

Свардунг: - Что говорила?

Хламов: - Она не в себе. Она безутешно плачет… и говорит, что никакого ёжика не было и в помине. Утверждает, что Пулика не существовало в природе. Ей тяжело всё… это пережить. Я понимаю. Я ей звонил. Точно, звонил. Тут я… не вру. Она утверждает, что я сошёл с ума. А ведь не я, это она не в себе. Но как можно поверить в то, что нашего Пулика не было? Никогда не было. Как же так, (беззвучно плачет) не было нашего дорого друга? Она не в себе, и, может быть, уже выбросила его на… помойку. И хуже того...

Свардунг (участливо): - О! Господи, бедная женщина! Что может быть ещё хуже?

Хламов (почти рыдая): - Может! Может быть и хуже! Она (плачет)она могла его съесть.

Свардунг (вскакивает с места): - Какой ужас! Но с одной стороны. А с другой… вашу Машу можно понять (задумчиво). Извините, на коё чёрт хоронить вашего Пулика? Хотя, беру свои слова обратно… Можно похоронить его не целиком, а то, что от него осталось, иголки и кости.

Хламов: - Когда моя Маша нервничает, у неё в характере… проявляется огромный аппетит. Одним словом, допускаю, что от бедного Пулика не осталось ни костей, ни иголок.

Свардунг (подходит к нему, кладёт ему руку на плечо, участливо): - Не переживайте, виконт. В крайнем случае, мы всегда найдём, кого похоронить… вместо вашего Пулика. Много ведь всяких бичей и бомжей в подвалах. Найдём!

Хламов (удивлённо): - И объявите какого-нибудь здорового мужика ёжиком?

Свардунг (отходит от него): - Ну, как же ещё, мой дорой… Вадик? Сейчас жизнь такая. Достаточно объявить «чёрное» «белым», и всё будет именно так, как объявлено. Причём, такое можно произвести даже от… имени народа.

Хламов: - Тогда я спокоен за Пулика, за себя, и за Машу.

Свардунг: - А сейчас, пока уважаемый граф Варан Гартанович наводит о вас ещё кое-какие справки, я пойду и предупрежу нашу похоронную команду о новых сложившихся обстоятельствах.

Хламов: - Нуда, в двух словах надо им объяснить, что и как.

Свардунг: - В каких двух словах, господин Хламов?! Ведь теперь, возможно, гроб придётся заказывать, на всякий случай, ещё один… размером с человеческий рост. На тот, именно, случай, если ваша Маша скушала Пулика, извините вместе с иголками и костями.

Хламов (волнуясь): - Оно, конечно так, госпожа Свардунг. Но что подумает моя Машенька, если господа, здоровенные мужики, внесут в мою комнату, в принципе, в коммунальную квартиру большой…э-э… гроб? Даже если они его внесут уже вместе с покойником, тоже получится не совсем здорово. Такой… сюрприз! Что она подумает?

Свардунг: - А что она может подумать, если ваша Машенька уже сошла с ума. Наоборот, ей будет интересно и радостно, как всем… таким вот. Они любят всё новое и необычное. Может быть, ребята подарят ей стеклянные бусы. Ей будет хорошо.

Хламов (очень задумчиво):- Оно, конечно… Всё так.

Свардунг (на прощанье, очень игриво машет ему рукой): - Пока, мой шалунишка!
Свардунг, интенсивно и подчёркнуто шевеля бёдрами, уходит. Хламов остаётся в некоторой рассеянности, и с отчаянными переживаниями.
Хламов (тихо): - Бедная моя Машенька, если пока у тебя не поехала крыша, то скоро… определенно её сорвёт.
В кабинет влетает разъярённый Сидоров. Он в ярости хватает Хламова за грудки и буквально ставит на ноги, выдёргивает из кресла.
Сидоров (через мгновение отпускает его и берёт себя в руки, но гневно): - Негодяй! Зачем ты внедрился сюда в прекрасный и мирный особняк! С какой целью, экстремист?! Ты решил взорвать чужоё счастье и радость? Отвечай!

Хламов (старается взять себя в руки): - Сам ты, негодяй! Если внимательно посмотреть…Чего растарахтелся? Объясни, какие у тебя проблемы! Если обострение хронического геморроя, так это не ко мне. Врач называется «проктолог».

Сидоров (злорадно): - У меня, как раз, всё нормально, гражданин Хламов! А вот у тебя появилось множество проблем. Отсюда ты отправишься в тюрьму (садится в кресло). Ты тоже можешь присесть, и я тебе объясню, экстремист, чего и почему ты заслуживаешь. Картина пишется самой жизнью в отношении тебя не такая уже и светлая, как тебе кажется.

Хламов (ошарашен и уже напуган, но садится): - Но, Варан Гартанович, что я такого сделал? Мои вещи на выходе, у швейцара, в большой и немного пыльной сумке. Там, в ней, нет ничего опасного. Даже зубочистки… не имеется. Там просто, шляпа. Мне подарила её покойная бабушка и ещё…

Сидоров: - Очень скоро к твоей шляпе и запасным штанам мои ребята приложат солидную порцию героина, взрывное устройство, пару ножей, четыре гранаты «Ф-1» автомат системы «узи», с запасом патронов на четыре дня, рацию и, ампулу с цианистым калием. Скорей всего, в твоей сумке будет неплохо смотреться и парашют американского производства. Если мало перечисленных предметов, то найдётся ещё что-нибудь… зловещее и дельное.

Хламов (удивлённо): - Всё такое… страшное скоро будет лежать в моей сумке, господин Сидоров?

Сидоров: - Да, именно, в твоей сумке. Не в моей же, чёрт возьми!

Хламов: - Но такое невозможно!

Сидоров: - Всё возможно. Подложим, вызовем полицию и понятых. И тебе обеспечена пожизненная отсидка.

Хламов: - Это невозможно потому, что в мою сумку не войдёт автомат «узи» и парашют. Но рацию втиснуть будет можно, как-нибудь. Я согласен.

Сидоров (задумчиво): - Ты, пожалуй, прав Хламов. Хорошо, вместо «узи» там будет «браунинг». А парашют? Его необязательно… туда впихивать. Тебе и так столько дадут годков отсиживать, как в Штатах… Одним словом, столько не живут. Тебе понравиться. Я тебя уверяю, Хламов. Ты будешь в восторге.

Хламов: - Я уже в восторге. Но должен же я знать, что произошло. И чем вдруг специалистам не подошла моя задница? Разонравилась?

Сидоров (саркастически): - Твоя задница? Ах, если бы она была твоя!

Хламов (обижено и удивлённо): - Моя задница всегда при мне, и она лично моя. Достояние, можно сказать, республики. Согласен. Но, в большей степени, она - моя частная собственность. Совсем недавно я, кроме неё, почти что, ничего не имел.

Сидоров: - Заткнись! Это не твоя задница! Точнее, это вот лично твоя, которая при тебе, а другая… не твоя. Я про ту, что фигурирует в документах и медицинских заключениях.

Хламов: - Я требую разъяснений, господин Сидоров! Вы что, утверждаете, что у меня две задницы? Одна – для будничных дней, а другую – я пристёгиваю на праздники. На митинги с ней хожу и на разные там демонстрации под кодовым названием «Примирение». Ты это… вы это серьёзно говорите дорогой, так сказать, граф Сидоров?

Сидоров: - Да, вполне! Представь себе, Хламов, почти всё происходит так, как я утверждаю. Негодяй! Он тут бумажки учиться свёртывать, показывает всем своё «очко», а люди страдают. Может быть, ты уже и «Виагру» глотаешь? Ну, как же! Ты тут со своим очком – звезда! Женщины в восторге. Вот, негодяй!

Хламов: - Успокойтесь, уважаемый! Я только неделю назад увидел «Виагру» на картинке… в журнале.

Сидоров (удивлённо): - А до этого? Что не видел, что ли?

Хламов: - До этого никогда не видел такую вот штуковину и считал, что это лекарство от простуды. Даже не лекарство, а какая-то там… биологически-активная добавка. Почти что, в виде долларов проходимцам… на карман.

Сидоров: - Опять нагло врёшь, экстремист! Впрочем, уже не важно. На зоне тебе «Виагра» не понадобиться. Я тебя уверяю.

Хламов: - Она мне нигде и никогда не понадобиться. Я тебя тоже уверяю.

Сидоров: - Ты ещё смеешь меня оскорблять, нагло намекать, что я импотент? Но… зато я – хороший человек.

Хламов: - Странная у тебя, Сидоров, профессия – «хороший человек». Но мне всё равно, кто ты, господин Сидоров. Будь хоть снежным человеком! Твоё дело. А меня и мою задницу я оскорблять не позволю… даже перед собственным расстрелом.

Сидоров: - Ты сейчас проявляешь не смелость, а наглость. Но я тебя понимаю, и все тебе прощаю (вздыхает). Тебе, несчастному, такого сейчас накрутят… что всем чертям тошно станет. Тебя, Хламов, в особенности, от надвигающихся новостей будет мутить.

Хламов: - Я понимаю. Конечно, все законы придумали депутаты… подмастрячили их под себя, под воров, чинуш и магнатов. Они, как бы, слуги народа, не из простых людей. Нет в их рядах ни рабочих, ни… Пустота! Объясни, что произошло, Сидоров! Я был доволен, когда ты меня наградил рядом званий, титулов и привилегий. Но когда ты мне… вручил вторую задницу, меня такой факт не порадовал. Мне нужны пояснения! Должен же я знать, в чём мне придётся признаваться на суде.

Сидоров: - Успокойся! Скоро узнаешь. Совсем уже скоро следствие по твоему делу начнут вести знатоки. У нас всегда следствие ведут… знатоки, - и тогда, и сейчас.

Хламов: - А я предполагал, что его должны вести квалифицированные юристы, а не эти самые… знатоки. Объясни мне всё сейчас! Я уже заранее знаю, что знатоки меня сумеют убедить в том, что именно я когда-то, давным-давно, уничтожил Атлантиду.

Сидоров: - Дешёвая и банальная шутка! У Петросяна, в «Кривом зеркале», гораздо лучше штуковины получаются. Ну, ладно! Объясню, как могу. А я могу! Мы же ведь с тобой, Хламов, взрослые люди, и прокололся не только ты, но и я… Хотя бы с твоим ёжиком Пуликом. Мы всё проверили! Тщательно и досконально.

Хламов: - Что вы там проверили?

Сидоров: - Не имелось у тебя в качестве домашнего животного никогда и ни какого ёжика. У вас, с твоей супругой Машей, там, в комнатушке, даже тараканов не наблюдается. Не прижились. Потому, что, выражаясь простонародно, им жрать нечего.

Хламов: - Зато у тебя их, тараканов, я уверен, несколько дивизий в доме, извиняюсь, в особняке! Я представляю! Но ты скажи, что мне было делать, Сидоров! Ты ведь тут меня достал своими дурацкими вопросами и… проверками. Вот я на ходу и придумал историю про ёжика. И мне теперь очень жаль, что его нет. Не было и нет.

Сидоров: - Только не надо играть на чувствах, гражданин Хламов. Не стоит. Не проявляю к тебе жалости! Я тебя ни коим образом не пожалею! Я выполняю свой гражданский и священный долг! Ты сюда внедрился… к нам. Ясно, с какой целью. Тебе придётся отвечать за всё такое…

Хламов: - Я внедрился? Ну, уж нет, извините! Меня пригласили сюда работать, трудится, не покладая… задницы. Я добросовестно, почти неделю, проходил специальную комиссию, всем желающим и не желающим показывал своё заднепроходное отверстие… И я ещё внедрился? Да я уже душой полюбил эту работу, а ты, Сидоров, пытаешься навесить на меня таких кошек!

Сидоров (рассудительно и спокойней): - Навесить необходимо, пойми. Для общей всенародной безопасности. Тут налицо профилактические меры по борьбе с экстремизмом. Ведь самое-то смешное, что комиссию медицинскую вместо тебя проходил какой-то другой гражданин. Вот почему я говорю, что тут не одна задница по делу проходит, а целых… две.

Хламов: - Ну, надо же! И как ты догадался?

Сидоров: - Очень просто. От врачей не поступало на мой адрес ни каких донесений насчёт того, что у тебя на левой ягодице есть гнусная, антиобщественная наколка с наглыми словами: «Пламенный привет от нищих и бомжей Тульской области депутатам Государственной Думы!». Я такую пакость запомнил наизусть. Тут очень много вопросов возникает.

Хламов: - Каких ещё вопросов?
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

Похожие:

Конкурс «действующие лица – 2011» iconСказка о квартирном вопросе 65
Действующие лица: Молодой человек, Сотрудница 1,Сотрудница 2, Сотрудник 1,Сотрудник 2, Сотрудник 3, Кассир 1,Кассир в центре площадки...

Конкурс «действующие лица – 2011» icon© Валерий Николаев (Перевод с итальянского) 2011 Действующие лица: Леон Пирсин
В кафе никого, кроме двоих: боба, одиноко ужинающего за своим столиком, и леона, стоящего перед стойкой с блюдами

Конкурс «действующие лица – 2011» iconДействующие лица: Ученик, Сказительница, Сопящая Дырочка, Хромоножечка,...
Действующие лица: Ученик, Сказительница, Сопящая Дырочка, Хромоножечка, Кривомордочка, Шепелявочка, Мама, Есаул, разбойники (3 человека),...

Конкурс «действующие лица – 2011» iconКорягина Елена Сергеевна моу «с о ш №16» г. Подольск. Вечер сказочной...
Принцесса. Скучно! Тошно! Грустно! Я плачу, у меня цвет лица портится (смотрится в зеркало). Я худею (обращается к Королю). Батюшка,...

Конкурс «действующие лица – 2011» iconДействующие лица
Леандр соперник мой. Он в Селию влюблен, и путь к моей мечте мне преграждает он

Конкурс «действующие лица – 2011» iconДействующие лица
Раздаются три удара. Занавес дрогнул и начинает подниматься. В это время в зале раздается

Конкурс «действующие лица – 2011» iconДействующие лица: ведущий, Фея Осени, братья месяцы, осенние листочки,...
Действующие лица: ведущий, Фея Осени, братья – месяцы, осенние листочки, Виноград, Гриб – Боровик, Медведь, Белка, зайчик

Конкурс «действующие лица – 2011» iconЗаконы Хаммурапи Действующие лица
Действие происходит на площади. Выходит богач в сопровождении раба, несущего мешок. Купец наблюдает за ними

Конкурс «действующие лица – 2011» iconСказка в двух действиях действующие лица
Ночь. За деревьями виднеется то ли озеро, то ли река. Большая яркая луна озаряет все пространство

Конкурс «действующие лица – 2011» iconИнсценировка сказки «Репка». Действующие лица
Реквизит: инструмент Деда: молоток, утюг, гребешок-грабли, лейка, пила, балалайка, гантели


Учебный материал


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
5-bal.ru