Конкурс «действующие лица – 2011»




НазваниеКонкурс «действующие лица – 2011»
страница5/10
Дата публикации08.01.2014
Размер0.89 Mb.
ТипКонкурс
5-bal.ru > Право > Конкурс
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

Хламов: - Кем? Полотёром трудится?

Свардунг: - Напрасно вы, утрируете, Вадим Вадимович! Не полотёром, а заместителем… почти самого и пресамого. Слушайте дальше! К вашей использованной бумажке, которую вы отнесёте в лабораторию в сопровождении Лизы, предварительно запломбировав, опечатав, так сказать всё содержимое, вы приложите очень большое количество документов. Всё должно быть только подписано вашей рукой, в двух экземплярах… В лабораторию вас будут сопровождать два вооружённых охранника. Впрочем, что это я! Обо всём в первый день не возможно рассказать. Никак не возможно! Но я уверена, со временем вы, виконт, станете не только высококлассным специалистом своего дела, но и получите графский титул. А может быть, и княжеский. Я ведь, заметьте, - княгиня! Разве это не бросилось сразу же вам в глаза?

Хламов: - Нет, не бросилось и сейчас не бросается. С такой… традиционной внешностью, как ваша, немало крупных и мелких тёток торгуют на овощных рынках редиской. И тут нет ни какого секрета, и даже алейших намёков на государственную тайну.

Свардунг: - Я в своё время до защиты кандидатской диссертации торговала, правда, не редиской, а турецкими огурцами… на рынке.

Хламов: - И всем вы говорили, что они, ваши замечательные овощи, выращены под Воронежем. Так? Смотрите мне в глаза и отвечайте честно! Это так?

Свардунг: - Это не совсем так. Потому что я говорила, что огурцы выращены под Липецком. Но не пытайтесь меня, как-то, оскорбить, виконт. Вы, всего лишь, виконт, а я – княгиня. И вам надо ещё долго…

Хламов: - подставлять собственную задницу для регулярных осмотров.

Свардунг: - Вот именно. Главное, чтобы вы поняли то, о чём я вам говорю.

Хламов: - Я понял, что мне во имя нынешнего цвета общества придётся трудиться, не покладая… задницы.

Свардунг: - Без этого и других подобных решительных действий мы никогда не построим развивающего капитализма. Великое строится на малом. Сами понимаете, Вадим Вадимович. Сейчас имеется очень много важных господ в России. Но такой факт ещё не о чём не говорит. Я к тому, что лично вам, прикиньте, виконт, за всех магнатов, озведеневших и звезданутых, не придётся…

Хламов: - …рвать задницу и через неё, может быть, принимать безвременную кончину, как сделал мой ёжик.

Свардунг: - Такого не будет. Не должно быть. Всё проверяется, на месте. Это вам не какой-нибудь там… задуманный террористический акт. Тут специальная служба заранее всё предусматривает и всех проверяет. Речь идёт о здоровье нашего дорогого… ну, вы понимаете, и членов его семьи, близких друзей. Разумеется, я говорю о лучезарном и прекрасном Виталии Тимуровиче. Это важно понять и осознать не только на уровне собственного сознания, но и… подсознательно, ментально.

Хламов: - Получается, что, на самом деле, в мою задницу постоянно будет кто-то заглядывать и… ковыряться в ней.

Свардунг (несколько смущённо): - Я уже о таких обязательных вариантах в вашей трудовой деятельности вам, Вадим Вадимович, сообщала. И я тоже буду смотреть… пристально, заботливо и проникновенно, как технолог.

Хламов: - Вы будете вглядываться туда, как девушка по имени Асоль, которая пытливо всматривалась в морскую туманную даль, и там… у меня… наблюдать и трогать… такое, дорогая княгиня?

Свардунг (подмигивает ему): - А что, у вас совсем иные пожелания? Я вас не устраиваю, как технолог и как коллега?

Хламов (печально): - Почему же, Марионелла Моисеевна? Устраиваете. Зарплата у меня не плохая… Но если вы у меня там будете… в заднице своим человеком, то, получается, что и я могу… у вас тоже… полюбопытствовать. Там ведь рядом не только задница, но ещё… А вдруг – больше ничего!

Свардунг: - Всё у меня на месте. Смею вас заверить. Успокойтесь! Но вы ко мне, туда, не можете заглядывать. Всё у меня… там, в нормальном… рабочем состоянии.

Хламов: - Мне жутко хочется сказать по Станиславскому. Не верю!

Свардунг: - Людям надо верить. Хотя бы раз в месяц.

Хламов: - Договорились. Я почти верю (вскакивает с места): - Но почему это вы можете мне смотреть в моё «очко», а я вот ваше не имею прав?! Сообразил. По той причине, что я, при своём дворянском происхождении и в чине полковника, но, однако же, выходец из рабочей крестьянской семьи. Как в песне поётся: «Вышли мы все из народа…».

Свардунг: - Потому, что я… не дегустатор, а технолог и отвечаю за состояния всего процесса дегустации. Кстати, и Лизу, нашу славную маркизу Елизавету Сергеевну, не принуждайте к тому, чтобы она вам что-то такое… своё … показывала.

Хламов: - А если я вас или, к примеру, славную девушку Лизу, очень попрошу, показать своё… то самое?

Свардунг: - Но если у меня к вам возникнет очень дружеское чувство, то, может быть, даже я продемонстрирую вам не только это. Но вряд ли… Хотя не исключено.

Хламов (заламывает над головой руки): - Как я беспредельно несчастен!

Свардуг: - Вы опять вспомнили о своём ёжике?

Хламов: - Нет! Я уже не про ёжика говорю. Я веду трогательную речь о собственной нелёгкой судьбе. Я возмущаюсь тому, что при высочайшей степени своей любознательности, пытливости, я не имею возможности заглянуть туда, куда… Вы полагаете, что у меня закружиться голова? От страха там или какой-нибудь неожиданности.

Свардунг: - Не надо так, Вадим Вадимович. Запомните раз и навсегда, что наша Лиза – чистая и целомудренная девушка. К таким вот, как она следует относится бережно и очень интеллигентно. Но, скажу вам, если вы нальёте ей стакан водки, то она покажет вам всё, что пожелаете. И не только покажет, но и расскажет… в процессе.

Хламов: - А вы, княгиня?

Свардунг: - А я очень обожаю настоящий французский коньяк «Камю». Но жаль, что постоянно занята, так что…

Хламов: - Я, значит (садится) должен вам… буду показывать то самое… а вы… Нет, я понял! Я не прав. Конечно, такова моя работа. Я даже согласен приезжать к вам домой и показывать, и показывать, и показывать…

Свардунг: - У вас не будет для частых поездок свободного времени, чтобы приезжать ко мне домой. Уверяю вас.

Хламов: - Почему не будет? Без выходных, что ли, я собираюсь драть здесь свою задницу? Я прикидываю и понимаю другое. Мы ведь, я почти уверен, заранее продегустируем тонн десять бумаги, сверх плана, и у меня… появится свободное время.

Свардунг: - Я и не предполагала, что вы такой засра… Но успокойтесь! В субботу и воскресенье у вас будут обязательные выходные, по Трудовому Законодательству, поэтому надо стараться, как можно чаще ходить в туалет на неделе и хорошо, сытно кушать. А подтираться, как вы выражаетесь, тоннами бумаги, не следует. Не надо превращать в хлам такое количество прекрасной, самой лучшей в мире туалетной бумаги. Вам достаточно будет по три-четыре раза использовать несколько кусочков из каждой партии. Но ведь это и не мало. У нас около шестисот видов бумаги, включая импортную, по разным параметрам. По химическому составу, форме, запаху, цвету… Пока не будем вдаваться в подробности. Опыт и мастерство к вам придут. Я уже говорила.

Хламов: - Да представляю! Даже и представить не могу! сколько же мне придётся в течение моего… э-э-э… рабочего дня сидеть на унитазе! Я не собираюсь идти на рекорд Гиннеса!

Свардунг: - Гиннес со своими… рекордами тут не при чём. Но, вряд ли вы, виконт, на самом деле, можете представить, какой большой объём у вас работы. Какая ответственность! После того, как плотно употребите в пищу определённый вид одной продукции, сразу, как говориться, на горшок. Вам придётся очень много есть и…

Хламов: - …часто испражняться.

Свардунг: - Верно! Слава богу, наконец-то, поняли. Желательно вам, разумеется, вместе с Лизой, ходить в туалет не менее девяти-десяти раз за вашу… рабочую смену.

Хламов: - Но я так много и часто не могу. Я погорячился, когда сказал, что могу. Когда я сообщил вам про десять тонн бумаги, я, можно ответственно сказать, пошутил. У на с даже в верхах, что называется, шутят – и президент, и первый министр, и оппозиция из Думы… А что я не человек? Я тоже хочу шутить

Свардунг: - У них, как вы понимаете, совсем другие шутки. Некоторые шутят на грани мировых катастроф, им такое дозволяется. Правда, не знаю, от имени какого народа…. Где такой народ? На какой планете? Не знаю. Не моё дело. Но мне другое понятно. Вы эмоциональны, как немецкий поэт Генрих Гейне. Но ничего. Натренируетесь. Научитесь делать такую штуку довольно часто. Вы учтите, что кал должен быть у вас и жидким, и твёрдым… и всяким. Дегустация обязана происходить на самом высоком уровне.

Хламов: - И после каждого раза моего испражнения вы будете заглядывать мне туда… в дыру, Марионелла Моисеевна?

Свардунг: - Это мой священный долг. Но не только я буду изучать состояния вашего предмета дегустации…

Хламов: - Кто-то ещё будет смотреть в моё заднепроходной отверстие, кроме вас и маркизы Лизы и нескольких ответственных товарищей?

Сидоров: - Да, семь-восемь врачей, лаборантка, которая будет делать специальные смывы, иногда представители фирм-производителей туалетной бумаги, члены иностранных делегаций…

Хламов (машет рукой): - Пусть будет так! Пусть изучают моё… «очко» профессоры и даже московские таксисты.

Свардунг: - Я вас уверяю, что таксисты такого делать не будут, но вот учёные и полицейские из налоговой инспекции… тут, конечно. Студенты-медики, кулинары, будущие инженеры по производству…

Хламов: - Как вы думаете, дорогая графиня, я привыкну к такому… безобразию? Я хотел сказать, к специфике своей работы.

Свардунг: - Не только привыкните. Вам это понравится. У нас, знаете… был до вас такой интереснейший человек. Очень культурный. Но вот ушёл на пенсию, на заслуженный отдых. Он теперь господин зажиточный, заработал… себе на старость.

Хламов: - И что? Я понимаю, что мой бывший коллега теперь миллионер. И что дальше? Что с ним стало? Он теперь в дурдоме?

Свардунг: - Да как вы можете такое говорить об уважаемом человеке! Ничего страшного с ним не произошло. Он, просто, на столько и сейчас профессионал, что, при возможности, старается, хоть кому-нибудь и где-нибудь, показать своё заднепроходное отверстие и очень просит… даже незнакомых граждан поковыряться там. Понятное дело, он им приплачивает. Но у него пенсия, знаете, такая… примечательная, да и он владеет несколькими предприятиями.

Хламов: - Он стал, как бы, наркоманом. Зависим от жгучего и неуёмного, настойчивого желания кому-нибудь продемонстрировать собственную задницу.

Свардунг: - Его не все понимают. Считают, получается, что он очень голубой, причём, извращенец... или там… на худой конец, нимфоман, то есть, точнее сказать, эксгибиционист. А он – труженик.

Хламов: - Что такое экс-би-ги-ги-би… Я не могу выговорить такое слово!

Свардунг: - Это же латынь, Вадим Вадимович. Так всё просто. «Эксгибио» переводится, как «выставлять», «показывать».

Хламов: - К черту латынь! У нас что, мало русских слов? Мы уже все поголовно перешли стадно на английский… даже. Вот и мой покойный ёжик Пулик не признавал букв русского алфавита, а всё тянулся к английскому. Откуда такая распущенность! Я не хочу говорить о покойнике плохо, но всё-таки. О своём замечательно Пулике, колючем, но верном друге. Но вернёмся к теме. Я вот не люблю ничего и никому показывать, но вот придётся… выставлять. Я, получается, двуногая картинная галерея. Но пейзаж или там… портрет нарисовывается только один – моё «очко».

Свардунг: - Успокойтесь, господин Хламов, ни вы, ни он – ни эксгибиционисты. Что касается, того уважаемого господина, который до вас трудился здесь, ныне пенсионера очень… республиканского значения, то он просто обожает показывать всему миру голые участки собственного тела. Причина естественна. Талант и желание быть полезным обществу не спрячешь. Да, он - не извращенец! Повторяю! Он просто… профессионал высочайшего класса. Вот он, к примеру, сразу же, без применения собственной задницы, на вид определял, где произведена туалетная бумага: в Канаде из клёна или в подмосковных подвалах из замызганной картонной тары.

Хламов: - Но с такими… производителями, княгиня, надо бороться, которые делают левый, не качественный товар. Безобразие! Нам дворянам и такое поставлять в качестве нормальной продукции! Преступление!

Свардунг: - Вы правильно сказали, виконт! И мы боремся… Но вакантных мест в тюрьмах и на зонах уже не хватает. Там сколько… сидящих. И мне их жаль… немного.

Хламов: - Почему?

Свардунг: - Потому что они после определённой процедуры не всегда имеют возможность подтереться высококачественной туалетной бумагой. Впрочем, некоторые очень даже и могут. Сидят они славно…

Хламов: - Читал про такие штуки, Марионелла Моисеевна. Знаю, они так отбывают свой срок так здорово, что большинству наших граждан о подобной жизни даже и мечтать не приходится. Фантазии у них, у наших обывателей, не хватит, даже представить…

Свардунг (встаёт, дружески кладёт руку ему на плечо): - Я сейчас должна пойти к маркизе Ирине Сергеевне Мунько и предупредить, что скоро вы подойдёте. Вам надо будет показывать ей своё заднепроходное отверстие очень и очень часто.

Хламов (возмущённо): - Что она тоже… маркиза? И будет рассматривать…Про эту… Мунько вы мне ничего не говорили. Я, получается, буду официально ей показывать, а она мне – нет. Так мы с вами дойдём до несправедливой эксплуатации пролетариата и ущемления прав человека.

Свардунг: - Вот видите, Вадим Вадимович, я в суматохе не сообщило вам самого главного. Тут вы должны радоваться и с восторгом воспринять то, что я вам сообщу. Да и, вообще, сегодня, как бы, праздничный день.

Хламов: - Что тут праздничного? Мне решили выделить талоны на бесплатное молоко за… вредность?

Свардунг: - Что вы говорите, виконт. У вас и вашей семьи отныне и навсегда продукты питания бесплатные… Зачем вам талоны на молоко и на кисло-молочные продукты?

Хламов: - Так чему же я должен радоваться? Тому, что, оказывается, есть ещё одна маркиза, дамочка, которая… будет, может, и через микроскоп рассматривать моё заднепроходное отверстие, а заодно и прочие выпуклости и… висячести.

Свардунг: - Вы проницательны. Таким вот устройством она и пользуется. Ей обязательно так надо поступать. Вы тоже будете смотреть, пристально разглядывать, прощупывать заднепроходное отверстие у Ирины Сергеевны Мунько. Потом докладывать о результатах ежедневного контроля лично мне и начальнику службы безопасности Варану Гартановичу Сидорову. И в устной, и в письменной форме.

Хламов: - Наконец-то, вы сказали хоть что-то приятное. Надеюсь, вашей Мунько не девяносто девять лет?

Свардунг: - Ну, что вы, виконт! Она молодая и приятная женщина и снаружи, и… внутри.

Хламов: - Что я должен буду, Марионелла Моисеевна, докладывать про её задницу?

Свардунг: - Странный вы, право, господин Хламов. Вы должны быть наблюдательны. Может быть, там, у неё, вы обнаружите неестественные покраснения, порезы, ссадины, утолщения прямой кишки... Ничего не надо скрывать. Если будут наблюдаться у маркизы перемены, в данном плане, не в лучшую сторону, мы её никогда не оставим – и обеспечим ей прекрасный пенсион. Впрочем, она уже заработал себе денег на безбедную старость. Скажем так. Вот она, Ирина Сергеевна Мунько, тоже будет писать доклады и служебные записки о состоянии вашего анального отверстия, и даже еженедельные аналитические рецензии. Это, всё перечисленное, будет иметь место. Но очень желательны, и даже обязательны и ежедневные устные сообщениях на специальных планёрках и летучках.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10

Похожие:

Конкурс «действующие лица – 2011» iconСказка о квартирном вопросе 65
Действующие лица: Молодой человек, Сотрудница 1,Сотрудница 2, Сотрудник 1,Сотрудник 2, Сотрудник 3, Кассир 1,Кассир в центре площадки...

Конкурс «действующие лица – 2011» icon© Валерий Николаев (Перевод с итальянского) 2011 Действующие лица: Леон Пирсин
В кафе никого, кроме двоих: боба, одиноко ужинающего за своим столиком, и леона, стоящего перед стойкой с блюдами

Конкурс «действующие лица – 2011» iconДействующие лица: Ученик, Сказительница, Сопящая Дырочка, Хромоножечка,...
Действующие лица: Ученик, Сказительница, Сопящая Дырочка, Хромоножечка, Кривомордочка, Шепелявочка, Мама, Есаул, разбойники (3 человека),...

Конкурс «действующие лица – 2011» iconКорягина Елена Сергеевна моу «с о ш №16» г. Подольск. Вечер сказочной...
Принцесса. Скучно! Тошно! Грустно! Я плачу, у меня цвет лица портится (смотрится в зеркало). Я худею (обращается к Королю). Батюшка,...

Конкурс «действующие лица – 2011» iconДействующие лица
Леандр соперник мой. Он в Селию влюблен, и путь к моей мечте мне преграждает он

Конкурс «действующие лица – 2011» iconДействующие лица
Раздаются три удара. Занавес дрогнул и начинает подниматься. В это время в зале раздается

Конкурс «действующие лица – 2011» iconДействующие лица: ведущий, Фея Осени, братья месяцы, осенние листочки,...
Действующие лица: ведущий, Фея Осени, братья – месяцы, осенние листочки, Виноград, Гриб – Боровик, Медведь, Белка, зайчик

Конкурс «действующие лица – 2011» iconЗаконы Хаммурапи Действующие лица
Действие происходит на площади. Выходит богач в сопровождении раба, несущего мешок. Купец наблюдает за ними

Конкурс «действующие лица – 2011» iconСказка в двух действиях действующие лица
Ночь. За деревьями виднеется то ли озеро, то ли река. Большая яркая луна озаряет все пространство

Конкурс «действующие лица – 2011» iconИнсценировка сказки «Репка». Действующие лица
Реквизит: инструмент Деда: молоток, утюг, гребешок-грабли, лейка, пила, балалайка, гантели


Учебный материал


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
5-bal.ru