Переводчик Н. Нефедова м. Монтессори м 77 Дети другие /Пер с нем./ Вступ и закл статьи, коммент. К. Е. Сумнительный




НазваниеПереводчик Н. Нефедова м. Монтессори м 77 Дети другие /Пер с нем./ Вступ и закл статьи, коммент. К. Е. Сумнительный
страница6/20
Дата публикации29.08.2016
Размер3.26 Mb.
ТипДокументы
5-bal.ru > Биология > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20
он не может помочь малышу построить себя, потому что об этом заботится сама природа. Но он должен уважать сам про­цесс этой строительной работы и подготавливать необхо­димые для этого средства, которые ребенок не может со­здать собственными силами.

Если это так, если маленький ребенок со своими скры­тыми силами для нас все еще тайна, как и его духовная жизнь с ее функциональными нарушениями и болезнями, то необходимо признать существование большого числа духовно больных индивидов. Когда еще не существовало детской гигиены, происходило большое число смертель­ных случаев. Но среди выживших было огромное количе-ство слепых, вольных рахитом, калек, парализованных, уродов и предрасположенных к инфекционным заболева­ниям индивидов.

У нас не создана еще духовная гигиена, мы не понима­ем, как подготовить для новорожденного защищающее и спасающее окружение, потому что не знаем скрытых фун­кций детской духовной жизни и стремления ребенка к духовной гармонии.

Последствием этого являются огромное количество мертвых, искалеченных, слепых, слабых, отсталых в раз­витии, душ - с высокомерием, жаждой власти, вспыльчи­востью, с путаницей в голове, со всеми теми чертами ха­

рактера, которые получают развитие, если в духовном мире ребенка происходит сбой. Эта картина - не ораторс­кий прием или сравнение. Это ужасающая правда о том сегодняшнем духовном состоянии человека, которое ста­ло выражением вчерашнего психического состояния.

Мелкие причины, которые проявлялись там, где брала свое начало жизнь, могут иметь далеко идущие послед­ствия. Проще говоря, человек, вырастающий и созреваю­щий в неприемлемой для него духовной среде, лишил себя райской жизни.

Наблюдения и примеры. На основе научных экспе­риментов, которые проводит экспериментальная психо­логия, невозможно доказать существование духовной жизни в маленьком ребенке. Некоторые современные пси­хологи предпринимали такие попытки. С помощью раз­дражителей они будили внимание ребенка, ожидая некую моторную реакцию, которая должна была открыть тай­ны психики.

Никто не сможет доказать, что в определенном возрас­те (еще до окончания первого года жизни) взаимосвязь между разумом и органами движения уже отлажена. В любом случае, и эмбриональная духовная жизнь должна существовать раньше, чем какое-либо волевое проявление движения.

Уже первый импульс к движению происходит у ребен­ка под влиянием чувства. Совсем маленький ребенок стра­стно желает дотронуться до предмета, к которому он на­пряженно тянет весь свой корпус. Однако лишь намного позднее он будет в состоянии, используя свои потенциаль­ные возможности, координировать движения, отделяя раз­личные группы мускулов друг от друга, и рука сможет до­тянуться до желаемого предмета.

Ребенок четырех месяцев уже внимательно рассматри­вает рот говорящего, воспроизводя неопределенные дви­жения, хорошо держа при этом голову, влекомый, очевид­но, этим интересным феноменом. Лишь к шести месяцам ребенок начнет сам артикулировать некоторые звуки. И как только он начинает озвучивание артикуляции, у него становится заметным появление интереса к соединению звуков Вступает в силу скрытая деятельность по оживле­нию собственных речевых органов, что снова доказывает, что духовный стимул предшествует. Такую чувствитель­ность благоразумнее наблюдать, а не исследовать посред­ством экспериментов. Опыты приверженцев эксперимен­тальной психологии исследуют внешние факторы, кото­рые раньше времени будят определенные детские энергии, вредя здоровью и духовному развитию ребенка.

Наблюдения за детской жизнью нужно проводить так же, как Фабр наблюдал насекомых. Он жил среди них в их среде, прячась, чтобы ничем не нарушить нормальное течение жизни наблюдаемых живых существ. Ребенка же можно начинать наблюдать с того момента, как только его чувства станут сознательно «выхватывать» впечатления внешнего мира и собирать их.

При этом не требуется ни сложного оборудования, ни особых навыков, ни каких-то проницательных умений в толковании. Достаточно внутренней готовности идти на помощь детской душе. Этой логики вполне хватает, что­бы преобразовать нас в союзника ребенка.

Хочется привести пример того, как проста эта задача. Мы хотим при этом исходить из особенной, часто встре­чающейся детали. Считается, что маленький ребенок дол­жен постоянно лежать, потому что он не в состоянии еще держаться на ногах. Он должен получать свои первые впе­чатления из окружающего мира - впечатления о небе и

земле. Но в то же самое время ему запрещают взглянуть на небо. Что ему разрешают видеть - так это в лучшем случае белый и гладкий потолок комнаты или балдахин над его кроваткой. Тогда как же предоставить голодному разуму впечатления?

Мы знаем, ребенку необходимо видеть, что происхо­дит вокруг. Ему показывают какие-то предметы, которые должны разрушить вредную для него изоляцию от внеш­него мира. Так, подвязанный над кроваткой на нитке ша­рик маячит перед глазами ребенка и имеет целью раз­влечь новорожденного. Он, жадный до впечатлений, во­дит глазами за перемещающимся туда-сюда предметом, и поскольку еще не может поворачивать голову, его глаза вы­нуждены делать усиленные неестественные движения. Эти вредные для зрения усилия есть результат неправильного, неестественного положения, в которое ставят ребенка.

Достаточно было бы подложить под него какую-нибудь легкую опору, и тогда его взгляд может охватить все вок­руг. Еще лучше поставить кроватку в саду, где перед его глазами были бы качающиеся деревья, цветы и птицы.

При этом необходимо, чтобы в поле зрения ребенка по­стоянно были одни и те же предметы, потому что лишь тогда он сможет изучать, а впоследствии и находить пред­меты на новом месте, а также следить за движением жи­вых существ.



Один из важнейших и самых таинственных сензи-тивных периодов - это время, когда ребенок ста-

новится восприимчивым к порядку. Его проявления заметны уже на первом году жизни малыша и продолжаются на втором. Может быть, это звучит странно, но ребенок в этот период реагирует па внешний порядок вопреки обще­му убеждению, что по своей природе он неупорядочен.

Трудно своевременно распознать эту хрупкую способ­ность ребенка, если он живет в закрытом пространстве го­родской квартиры, полной больших и мелких предметов. Взрослый постоянно убирает и переставляет их по причи­нам, непонятным ребенку. В это время в нем развивается чувствительность к порядку, но она наталкивается на со-противление, и это вызывает в детской душе смущение. Не потому ли малыш начинает плакать без видимых при­чин, не желая успокоиться? Как мало знают взрослые о глубоких тайнах души маленького существа, которое жи­вет с ними рядом!

Маленькие дети демонстрируют характерную любовь к порядку. В возрасте от полутора до двух лет они уже ясно выражают, иногда в путаных формах, потребность к порядку в окружающей их среде. Ребенок не может жить в беспорядке, который мучительно переживает, и эта мука выражается в отчаянном плаче, в состоянии довольно про­должительного волнения, которое может пробудить насто­ящую болезнь. Малыш тут же замечает нарушение поряд­ка, который взрослые могут легко просмотреть. Совершен­но очевидно, что ребенок обладает восприимчивостью к порядку, которая с течением времени исчезает. Характер­ная для развития думающего существа чувствительность к порядку ограничена во времени. Речь идет при этом об одном из важнейших и полном таинств сензитивном пе­риоде.

Если в этот период окружающая среда не приспосаб­ливается для ребенка, и он живет среди взрослых, они могут увидеть очень интересные знаки этой чувствитель­ности, которые характеризуются появлением страха, не­понятного поведения и капризов, а не спокойным разви­тием.

Взрослому хочется удостовериться в том, что ребенок демонстрирует позитивную чувствительность - выража­ет воодушевление и радость, удовлетворяя свою потреб­ность в порядке. Для этого он должен владеть знаниями по детской психологии, которые необходимы уже в пер­вые месяцы сензитивного периода порядка. Наши няни, которым мы доверяем, сообщают нам о примерах. Так, одной такой няне бросилось в глаза, что ребенок пяти ме­сяцев, которого она медленно везла в коляске на прогулку, проявил интерес и радость при взгляде на белую мрамор­ную плиту на желтой стене. Хотя сад был наполнен краси­выми цветами, ребенок демонстрировал радостное вол­

нение, проезжая мимо этой мраморной плиты. Няня оста­навливалась каждый день перед этой плитой, и никто не предполагал, что она может интересовать ребенка пяти ме­сяцев. Совершенно очевидна радость ребенка по поводу того, что этот предмет постоянно обнаруживается на сво­ем привычном месте. Действие этого сензитивного пери­ода можно узнать по реакции ребенка на нарушение узна­ваемого привычного порядка.

Другая маленькая семейная сцена с шестимесячным ре­бенком в качестве главного героя. Однажды в детской ком­нате появилась некая дама и положила свой зонтик на стол. Ребенок заволновался, но не из-за дамы, а из-за зонтика, потому что он некоторое время смотрел на него, а затем заплакал. Дама расценила это как желание ребенка запо­лучить зонтик и быстро протянула его малышу, улыбаясь и произнося ласковые слова. Но ребенок оттолкнул зон­тик и продолжал кричать. Что делать? Очевидно, что из­менилось настроение, которое можно понять только в том случае, если ухаживать за ребенком почти сразу после рож­дения. Мать, которая очень мало знала о проявляемых деть­ми особенностях поведения, взяла со стола зонт и отнесла его в другую комнату. Ребенок сразу успокоился. Причи­ной его волнения был лишний предмет на обычно пусту­ющем столе. Порядок, к которому привык ребенок, был нарушен.

Следующий пример - с полуторагодовалым ребенком. В этой сцене я сама принимала активное участие. С не­большой группой людей я находилась в Неаполе в Гроте Нepo. Среди нас была одна юная дама, которая вела за руку ребенка, еще достаточно маленького, чтобы идти пешком по глинистой дороге. Через некоторое время ребенок, ес­тественно, устал. Поэтому мать взяла его на руки. Но она сама не смогла рассчитать свои силы. Ей стало жарко, и

она остановилась, чтобы снять свое пальто и перекинуть его на руку. Когда она снова захотела взять ребенка, он начал плакать и в конце концов плач перешел в крик. Мать зря старалась успокоить его. Она была изнурена и стала нервничать. Рев малыша действовал всем на нервы, и по­этому всей компании захотелось помочь матери. Ребенок кочевал с рук на руки, но волновался все больше. Каждый пытался поговорить с ним, что было невозможно, и ситу­ация еще больше ухудшалась. Матери не оставалось ни­чего другого, как снова взять его на руки. Но после этого так называемые капризы зашли так далеко, что положе­ние казалось безнадежным. Здесь вмешался экскурсовод и со свойственной мужчинам энергией взял ребенка на свои сильные руки. Я подумала, что такая реакция ребен­ка имела под собой причину психологического порядка. Она имела отношение к сензитивности ребенка, и я реши­ла предпринять последнюю попытку. Я подошла к матери и сказала: «Разрешите мне помочь вам надеть пальто!» Она посмотрела на меня озадаченно, но послушалась совета. Ребенок тут же успокоился, перестал плакать и больше не говорил: «То palda», что значило, видимо: «На плечи» или: «Да, мама должна носить пальто на плечах». Это выгляде­ло так, словно он подумал: «Наконец-то меня поняли!» Он потянул руки к матери, улыбнулся ей, и остаток нашего путешествия прошел абсолютно мирно. Пальто, по мне­нию ребенка, должно быть на плечах и не висеть беспо­лезным куском ткани на руке. Это нарушение порядка со стороны матери вызвал в душе ребенка мучительный кон­фликт.

Еще одна сцена, при которой я присутствовала, была не менее впечатляющей. Мать одной двухлетней девочки была больна и отдыхала в кресле, на которое служанка положила две подушки. Малышка подошла и потребова­

ла «историю». Какую мать заставишь просить дважды, ког­да ее ребенок просит сказки? И дама стала рассказывать, хотя и чувствовала себя плохо, и малышка слушала очень внимательно. Но мать почувствовала себя хуже и не могла продолжать. Она попросила перенести се в соседнюю ком­нату и положить в кровать. Но девочка вернулась к креслу и начала плакать. Казалось, что она плакала из-за того, что мать была больна, и та пыталась ее успокоить. Когда слу­жанка пришла, взяла с кресла подушки и хотела отнести их в спальню, малышка начала кричать: «Нет, подушки оставь!», словно хотела сказать: «Оставь хоть что-то на своем месте!» С ласковыми и льстивыми словами малыш­ку подвели к кровати матери, которая, несмотря на боль, продолжала рассказывать сказку с желанием удовлетво­рить разбуженное любопытство ребенка. Но, рыдая, с ли­цом, мокрым от слез, малышка сказала: «Мама, кресло!» Значит, мать должна была остаться сидеть в кресле. Сказ­ка не интересовала больше ребенка. Мать поменяла по­душки и кресло, в котором она начала рассказывать сказ­ку, а продолжила в другом месте, и последствием стал дра­матический, долго не затихающий конфликт в детской душе.

Эти примеры показывают стремление к порядку. Осо­бенно удивительно его раннее проявление, так как у двух­леток потребность в порядке уже становится основанием для практических действий, и если помешать, то это по­влечет за собой воздействие на духовную жизнь. В наших детских домах можно наблюдать чрезвычайно интересные явления. Если предмет не на своем привычном месте, то мальчишка-двухлетка замечает это и тут же возвращает вещь на место. Он замечает все до мельчайших деталей. Взрослые и старшие дети не замечали мыла, лежащего на умывальнике, а не в мыльнице, и проходили мимо. Если

стулья стояли немного криво, то двухлетний малыш ста­вил их правильно.

На выставке в Сан-Лоренцо в год открытия Панамско­го канала можно было наблюдать случаи такого рода в стек­лянном павильоне нашей школы. Один ребенок двух лет по собственному желанию занимался после окончания ежедневной работы в школе тем, что расставлял стулья вдоль стены. При этом занятии он, казалось, думал о чем-то. Когда он однажды передвигал на место большое крес­ло, то вдруг нерешительно прервался, повернулся еще раз и поставил кресло наискосок. Это кресло должно было стоять именно так.

Я хочу сказать, что порядок представляет для ребенка стимул, призыв к действию. Значит, это несомненная по­требность жизни, удовлетворение которой доставляет удо­вольствие. Снова и снова мы в наших школах можем на­блюдать, как дети в возрасте от трех до четырех лет доб­ровольно и с радостью ставят после каждого упражнения на место предметы, которыми пользовались. Порядок оз­начает быстрое отыскивание предметов в помещении, за­поминание места, на котором находится каждая вещь. Это означает и ориентировку в своей среде, и обследование ее до мельчайших деталей. Быть спокойным можно лишь в той среде, которую хорошо знаешь, в которой каждый ра­зыскиваемый предмет можно найти, двигаясь с закрыты­ми глазами. Изучив, таким образом, свое окружение, ре­бенок становится спокойным и счастливым. Итак, очевид­но, что любовь к порядку, как ее чувствуют дети, есть нечто, что выходит далеко за пределы холодного и сухого понятия, каковым считают его взрослые.

Порядок для них выглядит удобством, которое, впро­чем, в большей или меньшей степени оставляет их рав­нодушными. Но ребенок формирует сам себя с помо­

щью своего окружения. Такое внутреннее строительство не может происходить по неопределенной формуле, а требует намного более точного и определенного руко­водства.

Для ребенка порядок - это земля, на которой мы стоим. Это то, что для рыбы - вода, в которой она плавает. В ран­нем детском возрасте человеческий дух заимствует из сво­его окружения элементы для ориентирования, которые не­обходимы ему для последующих завоеваний.

Маленькие дети с удовольствием находят предметы на предназначенных для них местах. В таких играх проявля­ется радость, которая вызывает наше удивление кажущим­ся отсутствием логики. Прежде чем я приведу пример та­кой игры, я хотела бы рассказать об одном случае, проис­шедшим в Женеве с профессором Пиаже и его сыном. Отец спрятал предмет сначала под подушку кресла. Затем в от­сутствии ребенка он перепрятал его под подушку второго, стоявшего напротив, кресла. Мальчик должен был отыс­кать предмет там, где он его видел в последний раз. Он не нашел его там. Чтобы облегчить задачу, профессор на гла­зах мальчика спрятал предмет под подушку второго крес­ла. Ребенок ограничился тем, что приподнял подушку пер­вого кресла и прекратил свои поиски, сказав: «Его здесь нет!» Профессор повторил эксперимент, в котором он на глазах ребенка перенес предмет от одного кресла к друго­му. Но и на этот раз ребенок повторил свои действия и слова: «Его там нет!» Рассердившись на ребенка, профес­сор поднял нетерпеливо подушку со второго кресла и спро­сил: «Ты не видел, что я переложил его сюда?» «Да, - воз­разил ребенок, - но она должна быть здесь (под подушкой первого кресла)».

Я сама была очень удивлена, когда наблюдала игру в так называемые прятки с детьми двух и двух с полови­

ной лет. Дети казались возбужденными, счастливыми и полными ожиданий. Игра в прятки заключалась в следу­ющем: один ребенок сидел на корточках под столиком, который был накрыт свисающей до пола скатертью. Дру­гие дети выбежали из комнаты, но скоро вернулись, под­няли скатерть и «нашли» под ликующие возгласы «спрятавшегося» там напарника по игре. Это повторялась много раз. Каждый говорил по очереди: «Теперь спрячусь я», - и садился под столик. В другой раз я видела, как большие дети играли в прятки вместе с маленькими. Ма­ленький ребенок спрятался за шкафом, и взрослые сде­лали так, словно не увидели его, с тем, чтобы доставить ему радость. Малыш же закричал: «Я здесь!» с таким вы­ражением, словно хотел сказать: «Разве вы не видели, что я здесь?»

Однажды я сама поучаствовала в такой игре. Я встре­тилась с группой детей, которые радостно кричали и хло­пали в ладоши, потому что нашли своего товарища за две­рью. Они подошли ко мне и потребовали: «Поиграй с нами! Спрячься!» Я согласилась, и все выбежали из комнаты, чтобы я могла спрятаться. Но я спряталась не за дверью, а за шкаф. Когда дети зашли в комнату, они стали искать меня за дверью. Я подождала немного и, заметив, что они не стали искать дальше, вышла из своего укрытия. Дети были разочарованы и печальны. «Почему ты не играешь с нами? - спросили они. - Почему ты не спряталась?» Игра служит тому, чтобы пробудить радость, и дети очень лю­бят эту абсурдную игру. У детей определенного возраста радость выражалась в том, чтобы все находить там, где это должно быть. Они видели смысл игры в прятки в том, чтобы найти то, чего не видно, но о чем точно знают, где это находится. Они ясно говорят: «Хотя это и не видно, я все-таки знаю, где это может находиться, и даже с закры­

тыми глазами, так как я совершенно уверен, где это спря­тано».

Все это показывает, что природа взрастила в ребенке сензитивность к порядку, чтобы построить его внутрен­ний разум, который отыскивает не столько различия меж­ду вещами, сколько узнает связи между предметами. Это чувство делает вес окружение ребенка единым целым, части которого состоят в определенных отношениях. В таком знакомом окружении с его взаимосвязями ребе­нок хочет научиться ориентироваться, двигаться и до­биваться цели. Без умения налаживать связи у него от­сутствовала бы реальная основа, и он оказался бы в том же положении человека, у которого, между прочим, есть мебель, но нет квартиры, чтобы разместить ее. Для чего ребенку масса накопленных картин-впечатлений без того порядка, благодаря которому они станут имеющим смысл целым? Если бы человек знал только окружающие его вещи, но не связи между ними, то в этом хаосе не нашел бы выхода. Ребенок совершает вместе с тем подготови­тельную работу, на основе которой взрослым он будет в состоянии ориентироваться в жизни и искать свою доро­гу. В сензитивных периодах порядка природа дает че­ловеку как бы первый урок. Она похожа на учителя, ко­торый заставляет ученика начертить план школьной ком­наты и по нему подготовить карту полушарий, которая представляет поверхность всей земли. Можно также ска­зать, что в этот период природа дает ребенку в руки ком­пас, с помощью которого он может ориентироваться в морс.

Не менее важен другой подарок природы - способность малыша точно повторять звуки, из которых состоит речь с ее бесконечно развивающимися возможностями, которую взрослый отстраивает в течение столетий.

Разум человека не появляется на пустом месте. Он стро­ится на фундаменте, который ребенок закладывает во вре­мя своих сензитивных периодов.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20

Похожие:

Переводчик Н. Нефедова м. Монтессори м 77 Дети другие /Пер с нем./ Вступ и закл статьи, коммент. К. Е. Сумнительный iconМифологии
Б 24 Мифология Пер с фр., вступ. Ст и коммент. Сн зенкина м изд-во им Сабашниковых, 1996

Переводчик Н. Нефедова м. Монтессори м 77 Дети другие /Пер с нем./ Вступ и закл статьи, коммент. К. Е. Сумнительный iconПетербургском Родительском Форуме Монтессори-метод: помощь жизни от рождения до взрослости
Монтессори-метод стал очень популярен, его не использует, кажется, только ленивый. Издаются книги, существуют курсы для учителей...

Переводчик Н. Нефедова м. Монтессори м 77 Дети другие /Пер с нем./ Вступ и закл статьи, коммент. К. Е. Сумнительный iconХабермас Ю. Философский дискурс о модерне. Пер с нем
Хабермас Ю. Философский дискурс о модерне. Пер с нем. М.: Издательство «Весь Мир», 2003. 416 с

Переводчик Н. Нефедова м. Монтессори м 77 Дети другие /Пер с нем./ Вступ и закл статьи, коммент. К. Е. Сумнительный iconОтчет о горном походе V
Б) пер. Ткт (3А) верш. Белуха Восточная восхождение (2Б) пер. Большое Берельское Седло (3А) лед. Большой Берельский р. Белая Берель...

Переводчик Н. Нефедова м. Монтессори м 77 Дети другие /Пер с нем./ Вступ и закл статьи, коммент. К. Е. Сумнительный iconТ. Г. Нефедова (Институт географии ран, ведущий научный сотрудник)
Приступаем к последней фазе нашего семинара. Сейчас у нас социальные проблемы села. Первый доклад: Татьяна Григорьевна Нефедова,...

Переводчик Н. Нефедова м. Монтессори м 77 Дети другие /Пер с нем./ Вступ и закл статьи, коммент. К. Е. Сумнительный iconОбразец оформления статьи удк 159. 942. 5 К вопросу о влиянии детско-родительских...
Текст статьи текст статьи текст статьи текст статьи текст статьи текст статьи текст статьи текст статьи текст статьи [1, с. 25; 2,...

Переводчик Н. Нефедова м. Монтессори м 77 Дети другие /Пер с нем./ Вступ и закл статьи, коммент. К. Е. Сумнительный iconКюстенмахер В., Кюстенмахер М. Организуйте свое рабочее место Источник:...
...

Переводчик Н. Нефедова м. Монтессори м 77 Дети другие /Пер с нем./ Вступ и закл статьи, коммент. К. Е. Сумнительный iconПереводчик М. Суханова Коллинз Ф. К60 Доказательство Бога: Аргументы...
Вселенной и жизни на Земле, о строении ДНК и рассматривает различные варианты соотнесения их с религией: "научный атеизм", креационизм,...

Переводчик Н. Нефедова м. Монтессори м 77 Дети другие /Пер с нем./ Вступ и закл статьи, коммент. К. Е. Сумнительный iconКнига первая. Аналитика понятий
Пер, с нем. Н. Лосского. Мн.: Литература, 1998. 960 с. (Классическая философская мысль)

Переводчик Н. Нефедова м. Монтессори м 77 Дети другие /Пер с нем./ Вступ и закл статьи, коммент. К. Е. Сумнительный iconЗакон тождества
Источник сканирования: Хайдеггер М. Тождество и различие (пер с нем. – А. Денежкин; ред. – О. Никифоров). М.: “Гнозис”-Издательство...


Учебный материал


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
5-bal.ru