Переводчик Н. Нефедова м. Монтессори м 77 Дети другие /Пер с нем./ Вступ и закл статьи, коммент. К. Е. Сумнительный




НазваниеПереводчик Н. Нефедова м. Монтессори м 77 Дети другие /Пер с нем./ Вступ и закл статьи, коммент. К. Е. Сумнительный
страница2/20
Дата публикации29.08.2016
Размер3.26 Mb.
ТипДокументы
5-bal.ru > Биология > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ



Прогресс, достигнутый за немногие годы в деле вос-питания и ухода за детьми, объясняется пробуж-дением совести общества. Речь идет не о про­грессе детской гигиены последних десяти лет девятнад­цатого века. Самое главное - появление нового взгляда на личность ребенка.

Сегодня невозможно познать какую-либо область на­уки - медицину, философию или социологию, игнорируя знания, накопленные о жизни ребенка. Поэтому так важ­но изучать влияние эмбриологии на общие знания в обла­сти биологии и развития живых существ. Остановимся лишь на том, что непосредственно связано с ребенком, так как это неизмеримо влияет на все человечество.

Ребенок интересен нам в первую очередь не как физи­ческое, а как психическое существо, способное дать нача­

ло совершенствованию человека. Духовный его мир бу­дет, возможно, способствовать действительному продви­жению человека по пути прогресса к развитию новой куль­туры.

Шведская писательница и поэтесса Элен Кей назвала наше время веком ребенка. Если набраться терпения и по­рыться в документах, то обнаружится, что эта же мысль прозвучала в тронной речи короля Италии Виктора Эмма­нуила III, произнесенной в 1900 году. При своем вступле­нии на трон после убийства отца король говорил о новой эре, которая должна вывести двадцатый век на новую пря­мую, обозначив ее как «век ребенка».

Эти взгляды представляют собой отражение тех науч­ных знаний конца девятнадцатого века, которые показа­ли нам ребенка, страдающего в десять раз больше, чем взрослый, терзаемого школой и инфекционными болез­нями.

Но никто не мог тогда знать, что в природе ребенка со­крыта особая жизненная тайна, способная сдернуть заве­су с мистерии души человеческой, что ребенок несет в себе нечто неизведанное, что может дать нам, взрослым, воз­можность решить наши личные и социальные проблемы. Эта точка зрения открывает новое направление в изуче­нии ребенка. Она представляется нам очень важной в пла­не влияния на нею социальную жизнь.

Психоанализ открыл для нас не изученное доселе ис­следовательское поле. Он не решил насущных жизненных проблем, но внес большой вклад в подготовку понимания тайн природы ребенка.

Психоанализ проник под оболочку сознания, которое было закрыто от психологов, как геркулесовы столпы в античной истории. Без его открытий было бы трудно объяс­нить духовную жизнь ребенка, которая, в свою очередь,

могла бы способствовать углубленному изучению обще­человеческих проблем.

Известно, чем стал психоанализ позже. Но вначале он был не чем иным как новым методом лечения душевных заболеваний. Он положил начало новой области медици­ны. Истинный вклад психоанализа состоял в открытии влияния подсознания на действия человека. Он изучал определенные психические реакции той стороны созна­ния, которая обнаруживала скрытые факты и неожидан­ные реалии, отодвинув тем самым все прежние представ­ления. Таким образом, нам открылось существование не­известного, обширного мира, с которым тесно связана судьба индивида. Но психоанализ не смог полностью ис­следовать этот неизвестный мир. Страх, сравнимый с суе­верием греков, удержал 3. Фрейда в пределах исследова­ния заболеваний.

В некоторых случаях под давлением мощного внутрен­него напряжения, вызванного сочетанием различных фак­торов, развиваются тяжелые душевные недуги. Странные проявления подсознания очень контрастируют с проявле­ниями сознания. Долгое время их считали просто симпто­мами заболевания. Фрейд прошел обратный путь: с помо­щью тщательно отработанной методики он получил воз­можность проникать в подсознание. Но ограничился лишь сферой исследования болезней. Какой же нормальный че­ловек был бы готов подвергнуть себя болезненным обсле­дованиям, похожим на оперативное вмешательство в душу? Основные положения новой психологии базирова­лись на наблюдениях.

Поэтому теории Фрейда не могут удовлетворить нас, так же как и его методы лечения, так как они никоим об­разом не ведут к исцелению душевных болезней. Тради­ции и обычаи общества восстали против некоторых обоб­

щений фрейдистских теорий. Эти традиции позволили нам увиден, реальность. Исследование этой чудовищной ре­альности - больше, чем методика клинического лечения или обоснование теорий.

Задача освоения этого неисследованного поля совпа­дает, возможно, с задачами других наук и предполагает другую терминологию. Речь идет об изучении людьми сво­его происхождения, о расшифровке души ребенка при стол­кновении сю с окружающим миром, о драматической и трагической тайне его борьбы, которую необходимо опи­сать, ведь понимание души человека остается пока иска­женным и неясным.

Психоанализ уже коснулся этой тайны. Самым впечат­ляющим открытием стало утверждение о происхождении психозов. Из обремененного воспоминаниями подсозна­ния исследователи узнали о диковинных страданиях дет­ства. Это открытие стало выдающимся революционным знаком психоанализа. Выяснилось, что длительные и по­стоянные страдания чисто душевного свойства в детстве могут привести к психическим заболеваниям во взрослом состоянии и являются результатом подавления спонтан­ной деятельности ребенка. Это подавление идет от взрос­лого, а именно от матери, которая имеет огромное влия­ние на снос дитя.

Следует различать два пласта, с которыми сталкивался психоанализ. Один из них лежит на поверхности. Это кон­фликт, который разыгрывается между инстинктом инди­вида и условиями внешнего мира, к которому этот инди­вид должен приспособиться. Этот конфликт может разря­диться, если причины его, не находя своего разрешения, уносятся в поле подсознания. Но есть и еще один глубоко залегающий пласт - детские воспоминания. Они встают не между вырастающим человеком и окружающей соци­

альной средой, а между ребенком и его матерью - или, обобщая, между ребенком и взрослым.

Вышеупомянутый конфликт стоит в тесной связи с тя­жело излечиваемыми болезнями; большое значение при­давалось не ему, а простому анамнезу или разъяснению предполагаемых причин заболевания.

И все же психоанализ указал на то, что болезни, причи­ны которых закладывались в детстве, трудно или незначи­тельно поддаются лечению. Итак, можно сказать, что дет­ство - это мастерская по производству предрасположен­ности к болезням.

Уже во время исследования психических заболеваний получили свое развитие новые области науки, которые вы­зывали социальное движение с ориентировкой на физи­ческое оздоровление детей. Психоанализ не нацеливался на подобные результаты, а только предписывал определен­ную методику зондирования подсознания. Эта методика в отношении ребенка наталкивается на препятствие. Ему не нужно овладевать этой методикой, не нужно вспоминать о своем детстве. Ребенок пребывает в нем. Прежде чем зондировать подсознание, необходимо раскрыть конфликт, через который ребенок познает социум. Ясно, что такой подход выводит нас из поля психоаналитических методов и ведет к новому - наблюдению социального бытия ре­бенка.

Речь идет не о сложных пассажах описания больного индивида, а о широком движении к душе ребенка. Еще неизвестны такие страницы в книге человеческой истории, которые рассказывают о приключениях души человека. Сен-зитивный ребенок, наталкиваясь на первые препятствия и возражая, оказывается в непреодолимом конфликте со взрослым, который сильнее ребенка и господствует над ним, не понимая его. На этих неисписанных листах не обо­

значены страдания, которые вскипают в нежной душе ре­бенка. В его подсознании формируется униженный чело­век, отличный от того, которого задумывает и желает при­рода.

Этот трудный вопрос освещается психоанализом в об­щем, но не состоит с ним в прямой взаимосвязи. Вопрос о сущности детской души отклонен психоанализом, так как речь идет об отношениях только с одной частью человече­ства, с ребенком. Но эти отношения должны внести вклад в последующее преодоление трудностей и конфликтов, а также в предохранение ребенка от нарушений обыкновен­ного морального равновесия - от духовных заболеваний, которыми страдает почти вес человечество. Таким обра­зом вокруг ребенка создается новое поле научных изыс­каний, не зависимое от психоанализа, но родственное с ним. Главенствующим становится требование о помощи детской душе, о помощи в области воспитания. С одной стороны, необходимо обосновать не известные до того факты психического проявления, а, с другой, - разбудить взрослых, ошибочно противостоящих ребенку, поведение которого определяется подсознанием.



Фрейд говорит о подавлении ребенка как об исто­ке нарушений психики у взрослых. Ребенок не может свободно развиваться, как это делают все растущие живые существа, потому что взрослый подавля­ет его. Ребенок изолирован от человеческого общества. Влияние на ребенка оказывают только представители мира взрослых. На первом месте стоит мать, за ней отец и, на­конец, все учителя и воспитатели.

Задача, которую вверяет взрослым общество, обратна подавлению. Они должны продвигать ребенка вперед. Так в ходе исследований роли взрослых вырастает обвинение против тех, кто должен служить хранителем и благодете­лем человеческого рода. Они все становятся обвиняемы­ми. На всех людей - отцов, матерей, большинство учите­лей и воспитателей - распространяется обвинение. В нем есть нечто апокалиптическое, похожее на таинственный и ужасный глас последнего суда: «Что вы сделали с вверен­ными вам детьми?»

Протест против этого обвинения выдвигает защиту: «Мы сделали все возможное! Мы любим детей, мы жерт­вуем собой ради них!» Итак, здесь друг другу противосто­ят два мнения. Одно из них опирается на сознание, а дру­гое - на подсознание. Мы знаем аргументы, с помощью которых взрослый защищает себя. Они древние, глубоко укоренившиеся и оттого неинтересные. Намного интерес­нее обвинение, или лучше сказать, сам обвиняемый - тот взрослый, который усердно делает все, чтобы улучшить воспитание и уход за детьми, все глубже теряясь в кругу неразрешимых проблем. Это происходит потому, что он не знает о заблуждении, которое несет в себе самом.

Все, кто вступается за ребенка, должны принять эту об­винительную позицию против взрослых. При этом взрос­лые не имеют права на снисхождение и исключения.

Это обвинение становится центром чрезвычайного ин­тереса и направлено против неосознанных заблуждений. Таким образом, оно служит широкому самопознанию и делает людей богаче. Так обогащается все существо чело­века, идущее к каким-нибудь открытиям в духовной обла­сти.

Человечество воспринимало свои ошибки во все вре­мена двояко. Досадуя на них, мы ощущаем притяжение и очарование неосознанных заблуждений. Они - путь к со­вершенству, они поднимают самопознание на более высо­кий уровень. Рыцарь средних веков в ответ на малейшее обвинение, касающееся его сознательных действий, имел повод вызвать на поединок. Но одновременно он смирен­но падал ниц перед алтарем и признавался: «Я - грешник и признаю мою вину перед всем миром». Библейская ис­тория дает интересные примеры такого поведения чело­века. Что дало повод народу Ниневии столпиться вокруг пророка Ионы, что вызвало воодушевление, с которым все,

от царя до нищего, вняли проповеди? Иона указал им на застарелые грехи и провозгласил, что Ниневия погибнет, если они не покаются. Как обратился Иоанн Креститель к народу на берегу Иордана? Какие слова он сказал толпе? Он назвал ее «порождением ехидниным».

Что за духовный феномен: есть люди, которые торо­пятся услышать, как кто-то обвиняет их, и с энтузиазмом признают свою собственную вину. Существуют твердые и настойчивые обвинения, которые вытаскивают бессоз­нательное из своих глубин и сливают с сознательным. Все духовное развитие состоит из таких завоеваний сознатель­ного, которое вбирает в себя нечто такое, что прежде было вне его. Так по пути новых открытий идет прогресс циви­лизации.

Мы хотим, чтобы ребенок развивался иначе, чем рань­ше. Мы хотим охранять его от конфликтов, которые вре­дят его духовной жизни. Для этого нам необходимо сде­лать основополагающий шаг, от которого зависит все даль­нейшее: взрослым нужно измениться. Ведь взрослый утверждает, что он сделал все возможное, чтобы любить ребенка, жертвуя всем. Таким образом, он признает, что дошел до предела в применении своих осознанных воз­можностей и ему ничего не остается, как попытаться шаг­нуть за пределы своих познаний, помыслов и сознания.

Непознанное есть и в ребенке. Часть его духовной жиз­ни была скрыта от нас до нынешнего дня, и мы должны ее изучать, делая существенные открытия. Кроме наблюдае­мого и изучаемого психологами и воспитателями ребенка есть еще один, никем не замеченный. Его, скрытого и не­познанного, - необходимо отыскать. Здесь требуется воо­душевление и самопожертвование золотоискателя, устрем­ляющегося в самые далекие страны. Взрослые всех поло­жений, рас и национальностей должны участвовать в

открытии детства как непременного элемента прогресса человечества.

Не понимая детей, взрослый состоит с ними в постоян­ной борьбе. Это нельзя изменить, не овладев новыми зна­ниями, не устранив некоторые недостатки образования. Нет, речь не идет о том, чтобы отыскивать совершенно другие исходные позиции. Взрослый должен открыть в себе самом заблуждение, которое мешает ему правильно видеть ребенка. Невозможен ни один шаг вперед до тех пор, пока мы не обрели эти знания и не выработали пове­дение, которое из них следует.

Это внутреннее самоуглубление вовсе не так сложно, как может показаться на первый взгляд. Ведь наше заб­луждение не осознается нами, но создает некое постоян­ное, болезненное угнетение, указывающее путь. Если кто-то вывихнул палец, то чувствует потребность держать его вытянутым, так как инстинктивно знает, что не может пользоваться этим пальцем, покуда боль не уляжется. Мы чувствуем стремление выправить нашу совесть, как толь­ко узнали, что вели себя неправильно. В нас просыпается понимание, что мы переоценили себя и слишком уверова­ли в то, что достигли многого. Для нас возникает возмож­ность понять характерные черты детских душ, отличные от наших.

Взрослый в своем отношении к ребенку эгоцентричен. Не эгоистичен, а эгоцентричен. Все, что касается души ребенка, он оценивает по собственной мерке, а это ведет к все большему непониманию. С точки зрения взрослого ре­бенок - пустое существо, которое необходимо чем-то за­полнить. Существо инертное и неумелое, за которое все надо переделывать, которому необходимо предводитель­ство взрослого. В итоге взрослый чувствует себя творцом и оценивает добро и зло в действиях ребенка по отноше­

нию к себе самому. Так взрослый становится мерилом добра и зла. Сам он безгрешен, дитя должно следовать его образцу, и все в ребенке, что отклоняется от характера взрослого, - ошибка, которую взрослый жаждет в спешке исправить.

Таким своим поведением взрослый полагает, что он, наполненный любовью и готовностью жертвовать, усерд­но заботится о благе ребенка. Но в действительности по­давляет личность ребенка.



Опубликовав свое открытие о делении клетки, К. Вольф показал процесс возникновения живого организма и доказал посредством прямых наблюде­ний, что в зародыше должна быть целеустремленная уста­новка на заранее определенную форму. Вольф поведал нам о изначальном существовании готовых форм в зародыше. Современные философские школы понимают, что ab ovo (из яйца), то есть изначально, должно развиться совершен­но определенное существо. Это представление появилось благодаря наблюдениям за семечком растения, в котором скрыто полноценное растение. В ростке уже узнаваемы корень и листья, они продолжают развиваться, пока семя вызревает в почве. Предполагается, что у животных и че­ловека происходит тот же процесс.

Когда после изобретения микроскопа К. Вольф мог на­блюдать, как в действительности образуется живое суще­ство (он начал с изучения эмбриона птицы), он обнаружил

простую клетку, в которой, как теперь уже известно, не заметно никаких изначально образованных форм. Клетки зародыша (возникшие от слияния двух клеток) состоят ис­ключительно из оболочки, протоплазмы и ядра, как и лю­бые другие клетки. Итак, клетка проста, имеет примитив­ную форму без видимого следа какого-либо дифференци­рования. Каждое живое существо, будь то растение или животное, развивается из таких простых клеток. То, что мож­но было наблюдать до изобретения микроскопа, а именно -росток из семени, явилось в действительности эмбрионом, который уже развился из зародыша и прошел первую фазу в своем развитии, когда семя поместили в почву.

Но зародыш имеет присущее ему высочайшее качество: он быстро делится на все новые и новые части по предоп­ределенному плану. Ядро клетки содержит хромосомы, являющиеся носителями наследственности.

Если проследить ступени развития живого существа (исходная клетка которого делится пополам, а половин­ки в свою очередь также делятся пополам и так далее), то можно увидеть, что посредством продолжающегося размножения, скопления и дифференциации клеток об­разуется сложный организм с многочисленными органа­ми и тканями. Вся простая и ясная структура зародыша работает и выдает с послушной точностью нематериаль­ное указание, которое он носит в себе, словно верный слуга. Зародыш, знающий наизусть свою задачу, претво­ряет ее без описаний, которые могли бы выдать его тай­ную задачу. План построения обнаруживается, когда тво­рение уже создано.

Первый орган, который формируется в эмбрионе жи­вотного и человека, - сердце. Лучше сказать, орган, кото­рый должен стать сердцем, - пузырек, тут же начинаю­щий пульсировать в заранее заданном ритме. Сердечко

бьется в два раза быстрее, чем сердце матери. Оно будет неустанно биться, потому что это - мотор жизни, который защищает все образующиеся ткани, подводя к ним необ­ходимые питательные вещества.

Чудо этой таинственной строительной работы состоит в том, что она совершается сама собой. Фактически здесь мы имеем дело с чудом созидания. Мудрые жизненные клетки никогда не ошибаются и имеют способность пре­образовываться совершенно, будь то клетки хряща, или клетки кожи, или нервные клетки; каждая ткань занимает свое надлежащее место. Это чудо сотворения образует тай­ну Универсума.

Но новорожденное создание - не только материальное существо. Оно является со своей стороны неким видом зародыша, который заключает в себе латентную, уже за­ранее определенную духовную функцию. Это тело функ­ционирует не только с помощью своих органов. У него есть и другие задачи: образование в уже родившимся теле функций, которые не присущи зародышу и младенцу. Каж­дый зародыш несет в себе строительный план всего орга­низма, без которого он не мог бы утвердиться. Каждое но­ворожденное живое существо, принадлежащее всегда к ка­кому-либо виду, в строительном плане имеет функции, помогающие образован, связи с внешним миром.

Чудесные инстинкты пчел, с помощью которых они спо­собны создавать такие сложные социальные организации, начинают действовать лишь в самой пчеле, а не в яйце личинки. Инстинкт летать проявляется у подросшего птен­ца, но не раньше.

Как только образуется новое живое существо, оно ста­новится неким складом таинственных руководящих позы­вов, которые поведут в свое время к формированию ха­рактерных черт и достижений.

Внешний мир не только поставляет средства для физи­ологического бытия, но и стимулы для таинственных за­дач, которые несет в себе каждое живущее существо. Эти стимулы призывают не просто жить, но и выполнять фун­кцию по сохранению мира в необходимой гармонии.

Форма тела соизмерима с той духовной «сверхфунк­цией», с которой данное существо должно принимать уча­стие в жизни Вселенной. То, что эти высшие функции уже заложены в новорожденном, является очевидным у животных. Известно, что одно насекомое будет неутоми­мо работать по неизменному образцу, потому что это -муравей, а другое насекомое не будет делать ничего дру­гого, как стрекотать в одиночестве, потому что это - свер­чок.

Новорожденный ребенок - не только тело, но и духов­ный эмбрион с латентными духовными руководящими си­лами. Было бы бессмысленно отрицать, что как раз чело­век, будучи единственным в своем роде духовным суще­ством, отличается от всех других созданий тем, что он носит в себе план духовною развития.

Дух в человеке скрыт так глубоко, что не сразу стано­вится очевидным, пока ему не представится случай про­явиться, как это происходит с инстинктами у животных. То, что новорожденный человек с самого начала не владе­ет, как животные, твердыми и неукротимыми инстинкта­ми, является знаком, что он в некоторой мере владеет сво­бодой действий. Поэтому каждому индивиду необходимо построить себя, и результат этого непредсказуем. Итак,
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20

Похожие:

Переводчик Н. Нефедова м. Монтессори м 77 Дети другие /Пер с нем./ Вступ и закл статьи, коммент. К. Е. Сумнительный iconМифологии
Б 24 Мифология Пер с фр., вступ. Ст и коммент. Сн зенкина м изд-во им Сабашниковых, 1996

Переводчик Н. Нефедова м. Монтессори м 77 Дети другие /Пер с нем./ Вступ и закл статьи, коммент. К. Е. Сумнительный iconПетербургском Родительском Форуме Монтессори-метод: помощь жизни от рождения до взрослости
Монтессори-метод стал очень популярен, его не использует, кажется, только ленивый. Издаются книги, существуют курсы для учителей...

Переводчик Н. Нефедова м. Монтессори м 77 Дети другие /Пер с нем./ Вступ и закл статьи, коммент. К. Е. Сумнительный iconХабермас Ю. Философский дискурс о модерне. Пер с нем
Хабермас Ю. Философский дискурс о модерне. Пер с нем. М.: Издательство «Весь Мир», 2003. 416 с

Переводчик Н. Нефедова м. Монтессори м 77 Дети другие /Пер с нем./ Вступ и закл статьи, коммент. К. Е. Сумнительный iconОтчет о горном походе V
Б) пер. Ткт (3А) верш. Белуха Восточная восхождение (2Б) пер. Большое Берельское Седло (3А) лед. Большой Берельский р. Белая Берель...

Переводчик Н. Нефедова м. Монтессори м 77 Дети другие /Пер с нем./ Вступ и закл статьи, коммент. К. Е. Сумнительный iconТ. Г. Нефедова (Институт географии ран, ведущий научный сотрудник)
Приступаем к последней фазе нашего семинара. Сейчас у нас социальные проблемы села. Первый доклад: Татьяна Григорьевна Нефедова,...

Переводчик Н. Нефедова м. Монтессори м 77 Дети другие /Пер с нем./ Вступ и закл статьи, коммент. К. Е. Сумнительный iconОбразец оформления статьи удк 159. 942. 5 К вопросу о влиянии детско-родительских...
Текст статьи текст статьи текст статьи текст статьи текст статьи текст статьи текст статьи текст статьи текст статьи [1, с. 25; 2,...

Переводчик Н. Нефедова м. Монтессори м 77 Дети другие /Пер с нем./ Вступ и закл статьи, коммент. К. Е. Сумнительный iconКюстенмахер В., Кюстенмахер М. Организуйте свое рабочее место Источник:...
...

Переводчик Н. Нефедова м. Монтессори м 77 Дети другие /Пер с нем./ Вступ и закл статьи, коммент. К. Е. Сумнительный iconПереводчик М. Суханова Коллинз Ф. К60 Доказательство Бога: Аргументы...
Вселенной и жизни на Земле, о строении ДНК и рассматривает различные варианты соотнесения их с религией: "научный атеизм", креационизм,...

Переводчик Н. Нефедова м. Монтессори м 77 Дети другие /Пер с нем./ Вступ и закл статьи, коммент. К. Е. Сумнительный iconКнига первая. Аналитика понятий
Пер, с нем. Н. Лосского. Мн.: Литература, 1998. 960 с. (Классическая философская мысль)

Переводчик Н. Нефедова м. Монтессори м 77 Дети другие /Пер с нем./ Вступ и закл статьи, коммент. К. Е. Сумнительный iconЗакон тождества
Источник сканирования: Хайдеггер М. Тождество и различие (пер с нем. – А. Денежкин; ред. – О. Никифоров). М.: “Гнозис”-Издательство...


Учебный материал


При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
5-bal.ru